Крупные суммы

Реже, чем о рентах, дворяне упоминали о различных долговых расписках и письменных обязательствах, свидетельствующих о разнообразии форм деятельности дарителей. Упоминаются суммы в 10 ливров и 5 су, 30 экю за продажу иноходца, расписка на получение 36 экю с некоего пекаря, а также деньги за поставку 250 фунтов пеньки. Есть и крупные суммы — парижский экюйе Луи де Буагарнье передавал своему племяннику-студенту 2000 ливров на имя капитана Жана Анго, виконта Дьеппа, а также расписку торговца пером на сумму 824 ливра. Самая крупная сумма упомянута бароном де Курсон, передающим племяннику право получить в общей сложности 5 тысяч ливров, что по решению Парламента должен был выплатить принц Ларош-Сюр-Ионн за поставку шелковой ткани.

Крупным кредитором может считаться и Гильом де Ламот, сеньор Блеквен-Боссар, проживающий в Боссаре со своей женой Анной де Монморанси. Они передают своему племяннику Франсуа де Монморанси, “студенту и экюйе”, лошадь, право на получение 80 ливров за аренду земли и сеньории и крупную сумму в 600 экю, которую надлежит взыскать с наследников Жака де Бюеля, графа Сансерра, по поводу чего в суде бальяжа Турени ведется тяжба еще с 1518 г. Дарительница приходилась двоюродной племянницей коннетаблю Анн де Монморанси. Обратим внимание на время составления актов — 1541-1542 гг., именно в это время коннетабль попал в опалу.

Как видно из этого акта, дарения сеньоров типологически не отличались от актов дворян. Ясно, что среди тех 25 сеньоров, из которых и состоит вторая категория дарителей, есть дворяне — экюйе и шевалье, просто не упомянувшие об этих своих социальных качествах.

И все же категория “сеньоров” в целом уступает “дворянам”. Все “индексы престижности” нарастают при движении от сеньоров к экюйе, а от них — к шевалье и баронам.