Закрепительные формулы

Вообще дарения монастырям наиболее подробны. Это вполне понятно, ведь аббатиссы и приорессы были людьми чужими. И даже многочисленные требования содержать дарителей не хуже прочих насельников обители казались недостаточны. Все расписывалось до мелочей. Нотариусам, скорее всего, платил монастырь, поэтому бумаги они не жалели. В дарении Ноэля Обена монотонно перечислялись земли, разбросанные по округе, повторялись закрепительные формулы, говорилось о “Желании участвовать в молитвах, службах и благих делах, творимых ежедневно в аббатстве”. В итоге акт растянулся на шесть листов. Монахини обязались выделить служителя для ухода за крестьянином, а также обещали кормить его лошадь.

Пожилому буржуа Жану Дюку и его жене парижская обитель Дев Божьих обязуется оставить в пользование их жилье близ монастыря “н Ежедневно выделять хлеб, вино и рацион совсем такой же, как и монахиням”. Из прочих услуг дарителям обещана только стирка белья, а одежду, обувь и отопление они будут обеспечивать самостоятельно.

Да, этот акт напоминает страну Кокань: мясо каждый день, вино свое, белый хлеб, прислуга, чистое платье. Но Мазе и его супруга — особые личности, нотариус назвал их “Достойными людьми ”. Так величали респектабельных горожан — буржуа, судейских, цеховых мастеров. Но чтобы так назвали крестьян или виноградарей, хотя бы и живущих в Париже? Среди зарегистрированных в Шатле актов других примеров я не нашел. Правда, этот акт составлялся не парижским, а провинциальным нотариусом. Во всяком случае, данная ситуация нетривиальна. Но именно поэтому чрезвычайно информативна.