Анализируемый корпус

Итак, анализируемый корпус представлял собой 1337 актов, которые адресовали студентам 1224 дарителя. При работе с ним надо постоянно помнить о том, что мы имеем дело с игрой случая и что все наблюдаемые явления и закономерности носят лишь вероятностный характер. Из того, что некто А одаривает своего племянника — студента щедрее, чем некто Б — своего сына, вовсе не следует, что социальная группа дарителя А была в реальности более престижной или состоятельной. Мы даже не можем утверждать, что А был богаче Б. Но поскольку перед нами массовые данные, мы можем попытаться выявить корреляции и подвергнуть их взаимной проверке. Именно поэтому, во-первых, нам надо учесть как можно большее число переменных, а во-вторых, для сравнения дарителей между собой их все же надо объединить в какие-то более или менее крупные категории. Если мы будем сравнивать акты, составленные, например, семью “сержантами с жезлами” Парижского Шатле и пятью парижскими нотариусами, то можем быть уверены, что имеем дело с представителями реально существовавших общностей, и даже можем сделать вывод о том, что одни демонстрируют тенденцию быть богаче других. Но какова будет степень обоснованности такого вывода и его ценность?

Избранный нами принцип агрегирования действующих лиц в категории основан на той форме, в которой даритель при помощи нотариуса обозначил себя в актах. Иными словами, в основу положена гипотеза об отражении в лексическом опыте реалий социальной жизни. Ключевой поэтому оказывается первая зона документа. Если даритель, как следует из публикации, именован в акте адвокатом Парламента, а среди передаваемых объектов указывает несколько сеньорий или даже фьефов, я все равно причислю его к категории чиновников и судейских, даже если он и принадлежал к старому дворянскому роду.