Оплата военных поставок
Пожалуй, только Жан Сежурна, “controleur de la blanque” может претендовать на сравнительно высокое место в чиновной иерархии. Он единственный, кто составляет повторное дарение на имя сына, который также получает дарение от своего дяди, владевшего частью сеньории Дампьер. Помимо прав на сеньорию Дампьер, студент Жорж Сежурна получает от отца долговое обязательство, подписанное Робертом Стюартом, маршалом Франции, на 365 ливров и 4 мюида зерна. Похоже, это был не частный заем, а оплата военных поставок, оформленных, как тогда часто бывало, в виде сделки между чиновником и маршалом. Кроме того, Жан Сежурна перевел на имя сына права на возбуждение тяжбы против парижских купцов по поводу соглашения о строевом лесе, купленном год назад у аббатства Св. Троицы в Вандоме.
Характерно, что состоятельный, но не связанный с чиновными корпорациями контролер, указывает на то, что он — парижский буржуа, полноправный член городской общины, тогда как для скромного прокурора Шатле достаточным казалось подчеркнуть принадлежность к прославленной курии.
Еще меньше мы можем сказать об оставшихся пяти служащих “муниципального уровня”. “Cribleur de Ыё” , парижский буржуа совместно со свояком, провинциальным мэтром-ремесленником, переводит на имя сына-студента деревенский дом и пахотные земли. “Porteur de grains aux Halles de Paris” передает сыну права на получение дуэра своей первой жены, а также расписку некоего булочника на 60 су. Вдова “balancier” дарит постороннему студенту права на движимое имущество в своем доме, а также виноградник на территории Шарентона и ренты из наследства своего дяди, присяжного виноторговца. Стрелок Парижского прево переводит на имя брата-студента права на дуэр своей жены, вдовы мясника. Бывший лейтенант городской ночной стражи, парижский буржуа, дарит дом в Париже постороннему студенту.
Чиновники этого ранга демонстрируют одновременно и свою отчужденность от судейской среды, и набор признаков социальной приниженности ; вместе с тем они хорошо интегрированы в среду парижских буржуа. Впрочем, для построения каких-либо выводов у нас очень мало данных.
Реалии жизни провинциальных офисье и судейских изучать сложнее: в провинции не было таких крупных курий, как Парламент или Шатле, и если выделять группы по формальному признаку, они будут состоять из двух-трех дарителей, что затруднит их анализ. Поэтому я вынужден был вводить некие дополнительные критерии для их объединения в группы.