Святые духовные чины

Иначе обстоит дело с пожеланием духовной карьеры — достичь “Святых духовных чинов” или снискать “Священническое достоинство” . В парижской части нашей выборки такие формулировки встречаются в шести актах, причем, все они составлены разными нотариусами. В трех случаях их авторами являются крестьяне, в одном священник, в другом стряпчий из маленького городка в Бовези, и наконец, уже известный нам президент Счетной палаты, адресующий дарение своему “Слуге и крестнику”. Некая “крестьянская”, а точнее, “провинциальная” специфика данных формулировок вполне вероятна, но нуждается в проверке на более представительном материале.

Анализируя формулы мотивировок университетских дарений, составленных парижскими нотариусами, мы без особого труда выделили несколько стереотипных вариантов. Но проделать аналогичную работу с актами, составленными в провинции, оказалось намного сложнее.

Актов, составленных провинциальными нотариусами, в регистрах Шатле, как мы поняли, немного — всего 89 . Первое, что бросается в глаза при сопоставлении парижских дарений с провинциальными, — гораздо меньшая степень унификации последних. Сама мотивация вместо привычного в Париже расположения в конце документа, может, порой, оказаться в самом его начале, а один раз в середине документа, в двух актах мотивации вообще нет. Указание на любовь, питае —

Мую дарителем к студенту, отсутствует здесь гораздо чаще, чем в парижских актах. Словосочетания, казавшиеся у парижских нотариусов неотделимыми друг от друга, в провинции могут спокойно расчленяться. Так, например, если в Париже употреблялся термин “мудрость” как объект достижения, то непременно в сочетании с термином “степень” , в то же время акты, составленные нотариусами из Этампа и Монбрисона, содержат пожелания достичь лишь мудрости. Впрочем, формализовать отличия провинциальных актов от парижских не имеет особого смысла — слишком различались обстоятельства их составления. В Париже мы можем констатировать одинаковые для всех условия составления актов, высокую степень унификации, подкрепленную разнообразием форм контроля. В провинции ничего подобного не было. Одни акты составлялись нотариусами, находившимися в крупных судебных центрах с относительно развитой административно-правовой традицией, где существовали даже коллегии нотариусов, другие — присяжными письмоводителями провинциальных бальяжей и кастеллянств, адвокатами местного суда или муниципальными службами. Трудно ожидать от парижских актов формулировок, наподобие пожелания, зафиксированного присяжным письмоводителем города Шабли. Он составил знакомый нам акт для коллектива виноградарей, с тем, чтобы студент “мог бы иметь впредь лучшую возможность достичь мудрости и светской образованности, За что признательность к ним он смог бы лучше сохранить в будущем, А также как напоминание о добрых и любезных услугах, Которые они надеются получить от указанного Этъ — енна Митеса” .