Размеры расписок

Дарители этой группы упоминают о рентах, однако их размеры не уточняются. Сумма расписок составляет в среднем 70 ливров, что может соответствовать размерам расписок сельских экюйе и сеньоров. Из объектов дарения недвижимости священники этой группы, помимо упоминаний о передаче “земель”, называют сеньории и мельницу СИндекс Я).

Таким образом, “высший слой” провинциального духовенства — рантье и кредиторы, владельцы сеньорий, одаривавшие по преимуществу сыновей своих братьев. “Низший” слой склонен к составлению коллективных дарений, к передаче неразделенных прав на наследство, демонстрирует невысокий уровень социальных связей. Существенного преобладания дарений племянникам по мужской линии здесь не прослеживается.

Сохраняется ли это противопоставление двух групп у парижских священников?

22 священника, отмеченных как проживающие в Париже, зарегистрировали 25 актов. Среди них: приор провинциального монастыря, три каноника провинциальных соборов, трое парижан, владевших должностями кюре провинциальных церквей, капеллан, викарий, семь священников и семь священников, прикрепленных к парижским церквям. Их дарения адресованы девяти племянникам по мужской линии и шести по женской, двум кузенам, крестнику и трем посторонним студентам. Из всех парижан к “высшему” слою данной категории можно отнести лишь каноников и приора. Один из них передает имущество кузену, прочие — племянникам по мужской линии. Они демонстрируют сравнительно высокий уровень социальных связей: шурином приору приходится сеньор, канонику амьенского собора — парижский купец-буржуа, такой же статус имел и отец другого каноника.

Дарения каноника Франсуа Муассана могут иллюстрировать уже наблюдавшуюся практику использования университетских привилегий на благо семьи в борьбе как за светские, так и за церковные доходы. В 1545 г. Франсуа Муассан, каноник Клермона, что в Оверни, обучавшийся в Парижском университете, получает дарение от другого студента-священника, Мишеля Фавье. Последний “дарит” Муассану половину своих прав на наследство своего дяди — скототорговца и парижского буржуа. Муассан обязуется взять на себя все судебные расходы по тяжбе, ведущейся в Шатле по поводу этого наследства. В следующем году тот же клермонский каноник, Франсуа Муассан, проживающий в парижском коллеже д’Отен, дарит натуральные ренты с земель, расположенных близ г. Ганна, своему племяннику Пьеру Грану, прозываемому Муассан, студенту университета. В 1551 г. все тот же Франсуа Муассан, названный на сей раз капелланом Клермона, дарит другому своему племяннику — студенту, Антуану Леграну, “прозываемому Муассан”, ренту в 25 ливров на дом в Ганна, с тем, чтобы тот “мог бы лучше содержать себя в учении и достичь духовного сана ”.