Представители низших слоев
Прочие представители низших слоев, конечно, не могут похвастаться таким приданым. Но и здесь подмастерья стоят особняком. Подмастерье бондаря женится на дочери крестьянина, которая также была племянницей мэтра бондаря, парижского буржуа. Дядя обещает заплатить молодым 10 экю и предоставить им жилье сроком на шесть лет в Сен-Жермен-де-Пре, на улице Голубятни, но с условием, что они будут там проживать сами, а не сдавать другим. Более того, бондарь разрешает жениху работать бондарем под его именем, опять же сроком на шесть лет, причем прибыль вся будет поступать молодым супругам.
Как мы отмечали, анализируя университетские дарения, своеобразной элитой среди подмастерьев были подмастерья-стриголь — щики. В брачных контрактах ничего подобного обнаружить не удалось. На роль “элиты” могут претендовать подмастерья суконщиков или красильщиков, в их контрактах упоминаются немалые суммы.
В целом же подмастерья — тоже своего рода группа “женихов на вырост”, на семерых женихов приходятся только две вдовы подмастерьев и ни одной дочери. Несмотря на наличие “вечных” подмастерьев в целом в эту группу входили люди в основном молодого возраста. Об одном из подмастерьев так прямо и говорится — Пьер Ти — бо, “юный подмастерье брачного возраста” . От своего будущего тестя, провинциального купца, он получил 100 экю звонкой монетой.
Одному из подмастерьев хирурга-цирюльника удалось вступить в брак с вдовой парижского буржуа. Другому, судя по всему, невесту подыскали его коллеги-аптекари. Этьен Картье, купец-аптекарь, парижский буржуа, и его мать, вдова парижского буржуа, выдали за подмастерья хирурга-цирюльника свою служанку, обещав передать молодым в день свадьбы 50 ливров, “учитывая вознаграждение за труды и услуги невесты”.
Что касается слуг простых парижан — парижского буржуа, секретаря суда, то они женятся на дочерях крестьян. Слуга, прислуживающий у ювелиров, женится на вдове разнорабочего. Парижский поденщик женится на вдове подмастерья портного, своей соседке, как явствует из того, что и жених и невеста указывают свои адреса. Вдова другого парижского поденщика выходит замуж за некоего торговца, но во всех этих актах ничего не говорится о размерах приданого. Совершенно очевидно, что представители этих слоев, если и были склонны составлять брачные контракты, то крайне редко регистрировали их в Шатле.