Сеньориальное происхождение

Трудно определить, являются ли эти расписки результатом кредитных операций “купцов-буржуа”, или остались от каких-то торговых сделок. Но ясно, что дарители и сами активно занимались торговлей. Так, в одном дарении речь идет о расписке на сумму в 25 ливров за продажу 10 тыс. яиц. Пьер Тюрпен, “купец-буржуа”, составляет три дарения сыну-студенту, переводя на его имя расписки за поставки леса и дров, а также некоторые партии этого товара в портах на Йонне. Похоже, что “купцы-буржуа” были не столько банкирами, сколько оптовиками, способными выступать и в качестве кредиторов.

Что касается рент, то их средний размер невелик, около 5 ливров. Только в одном дарении речь шла о платежах сеньориального происхождения. В другом дарении указывается своеобразная комбинированная рента: “6 ливров, 2 курицы и 6 цыплят, а также ценз в 6 денье за метерию близ Бримона”. Но чаще всего среди объектов недвижимости называются виноградники, просто земли и огороды.

Среди родственников дарителей преобладают купцы и ремесленники из провинции. В одном случае родственником “купца-фри — пье” оказывается сержант Шатле. Этот же купец-фрипье передает расписку на сумму в 227 ливров; другие расписки гораздо скромнее: виноторговец упоминает расписку на 12 ливров, а торговец свечами и светильниками передает права на взыскание денег за поставку свечей и масла на сумму 9 ливров. Но почему-то рент они указывают довольно много, правда размер их невелик, в среднем около 5 ливров. В качестве объектов недвижимости названы луга и огороды, земли и виноградники.

Здесь же упомянут и самый юный студент нашего корпуса. Жан Клере, купец-отелье, парижский буржуа, передавал “права на дом близ Сен-Кантена своему сыну Жану Клере, девяти лет отроду”.