Казусный подход

Сколь бы притягательным ни представлялся казусный подход, в нашем случае он требует кардинального расширения Источниковой базы. Микроисторический метод, если он претендует на нечто большее, чем на роль развлекательного чтения, должен опираться на “плотное описание”, на максимально полное воссоздание исторического контекста. Именно поэтому этот метод и кажется столь привлекательным и именно поэтому высказываются сомнения в его возможностях применительно к эпохам и обществам, от которых до нас дошло лишь небольшое число документов. Впрочем, об этом мы уже говорили в историографическом очерке. Здесь же мы попробуем подтвердить эти тезисы на конкретном примере. Оставаясь в рамках регистров Шатле, мы лишь в очень редких случаях можем добиться этого ощущения “полноты жизни”. Для этого нужно несколько актов. Таков, например, случай Кристофа Креспина. Но данные, проливающие хоть какой-то свет на его дальнейшую судьбу, оказались в регистрах Шатле лишь по случайности.

В тех случаях, когда подобные “исключительные” акты удается подвергнуть перекрестной проверке, это может привести к несколько неожиданным результатам. Пожалуй, наиболее интересным является казус Николя Филона, уже в достаточной мере освещенный. Повторим еще раз историю нашего знакомства с ним. Мы обнаружили акт, составленный землепашцем Жаном Ококом 23 марта 1552 г., адресованный королевскому сержанту юстиции из пригорода Нотр-Дам-де-Шан. Как выяснилось, этот документ при ближайшем рассмотрении по ряду показателей “выпадает” из общего ряда подобных дарений. Продолжив поиски, мы обнаружили другие акты, составленные на имя Филона.